Лаборатория по изучению российской диаспоры
в странах Востока

Институт востоковедения РАН

О диаспоре

Диа́спора (греч. διασπορά, «рассеяние») – часть народа (этноса), проживающая вне страны своего происхождения, образующая сплочённые и устойчивые этнические группы в стране проживания, и имеющая социальные институты для поддержания и развития своей идентичности и общности [9].

Отношения с диаспорой осознаются как важное направление внешней политики многими странами. Для некоторых стран (Израиль, Армения, Индия) диаспора, оказывающая политическую и экономическую поддержку исторической родине, играет особо важную роль.

Диаспора может играть также заметную роль в сохранении национальной культуры и в формировании национального самосознания.

Диаспоры возникали в результате эмиграции групп населения, вынужденной или добровольной. Зачастую первыми эмигрировали торговцы и вновь образованные колонии имели торговый характер. Подобные методы расширения жизненного пространства были характерны для финикийцев, евреев и греков. Все эти народы, имея небольшие по площади государства, распространились и создали колонии на огромных пространствах Древнего мира [2].

В среде эллинизированных евреев термин диаспора употреблялся для обозначения еврейских общин, состоящих из добровольно проживающих вне Земли Израиля, в отличие от насильно изгнанных (галут) из Иудейского царства вавилонянами в 586 г. до н. э., и римлянами – из провинции Иудея в 136 году [10].

В современном значении термин диаспора стал использоваться с конца XX века, перестав быть связанным исключительно с еврейским этносом. Термин до сих пор не является строго определенным, во­круг него ве­дутся оживленные дискус­сии, как в России, так и за рубежом [6].

Такое определение вкратце дает словарь Академик со ссылками на источники.

Понятие «диаспора» существует с давних времен. Однако этот социокультурный феномен стал объектом пристального внимания исследователей лишь с конца 1970-х годов. В публиковавшихся ранее работах освещались в основном различные вопросы, связанные с еврейским рассеянием, а термин «диаспора» до 1980-х годов применялся лишь в отношении еврейских, палестинских и отчасти армянских переселенцев [7]. Всплеск интереса ученых к диаспоральной тематике был вызван миграционными процессами, принявшими в этот период глобальный характер. В результате широкомасштабной миграции огромные массы людей переместились в другие страны и на другие континенты. Оказавшись за пределами своей родины, в новой, непривычной для них среде, они стремились либо влиться в уже существовавшие иммигрантские сообщества, либо создать новые. Процесс диаспоризации протекал столь бурно, что стал оказывать влияние практически на все сферы жизни тех стран, которые были наиболее притягательными для новых мигрантов [4].

Предпринимались попытки дать термину «диаспоры» более или менее устойчивое и полное определение и через создание классификаций видов диаспор, предлагавшихся различными исследователями. Так, С.А. Арутюнов и С.Я. Козлов различают диаспоры по времени их образования. К «старым» они относят диаспоры, существующие с древних времен, либо же со Средневековья – это еврейские, греческие, армянские диаспоры в странах Европы и Западной Азии, китайские, индийские – в странах Юго-Восточной Азии. В качестве «относительно молодых» они выделяют турецкие, польские, алжирские, марокканские, корейские, японские и др.; «совсем новыми» считают диаспоры, формируемые гастарбайтерами (выходцами из Палестины, Индии, Пакистана, Кореи) в нефтяных государствах Персидского залива и Аравийского полуострова с начала 1970-х годов [1].

Классической, по существу, стала типология диаспор, предложенная известным специалистом по этническим проблемам, проф. Иерусалимского университета (Израиль) Г. Шеффером. Он выделяет следующие типы диаспор:

  • диаспоры с глубокими историческими корнями; сюда относятся: армянская, еврейская и китайская;
  • «дремлющие» диаспоры – американцы в Европе и Азии и скандинавы в США;
  • «молодые» диаспоры – их образуют греки, поляки и турки;
  • зарождающиеся диаспоры, т.е. находящиеся лишь в начальной стадии своего становления; это диаспоры, которые только начинают формировать корейцы, филиппинцы, а также русские в бывших советских республиках;
  • «бездомные», т.е. не имеющие «своего» государства; под эту категорию попадают диаспоры курдов, палестинцев и цыган;
  • «этнонациональные диаспоры» – самый распространенный тип диаспор; их характерная особенность состоит в том, что они чувствуют за спиной незримое присутствие «своего» государства;
  • диаспоры «рассеянные» и живущие компактно [8].

Рассматривая такое явление, как диаспора в современном глобальном мире, исследователи, как правило, акцентируют внимание на одном из двух пунктов: 1) феномен современной диаспоры невозможно понять без анализа различных компонентов глобализации и тогда диаспора приобретает черты транснациональной общины; 2) неотъемлемым условием изучения феномена современной диаспоры является процесс распознания различных ее типов (то есть необходимо определить, является ли страна происхождения диаспоры суверенной, является ли диаспора результатом добровольной миграции или вынужденного переселения и т.п.) [5]. Учитываются и такие факторы, формирующие диаспору и сопровождающие ее существование, как:

  • способность сочетать и удовлетворять интересы различных социальных групп внутри диаспоры [5];
  • взаимоотношения диаспоры и титульного государства или государства исхода;
  • процесс идентификации внутри диаспоры, как явление доброй воли;
  • сохранение баланса между выгодной ассимиляцией и интеграцией – с одной стороны и необходимой этноограниченностью и этнодистанцией – с другой стороны [5];
  • институционализированность – формирование институтов и организаций, деятельность которых направлена на сохранение и развитие этнической идентичности, на эффективную социализацию [5].

Однако несмотря на длительную дискуссию в научном мире относительно определения термина «диаспора», споры продолжаются и по сей день.

В России исследовательский интерес к феномену диаспор возник лишь во второй половине 1990-х годов. В 1991 г., после распада СССР и появления новых государственных границ, многие этнические группы (и в первую очередь – русские) оказались автоматически отрезанными от территорий компактного расселения своих соплеменников и в этом смысле превратились в этносы, находящиеся в рассеянии. В то же время возникли условия для свободного передвижения людей на постсоветском пространстве, что способствовало образованию мощных миграционных потоков, прежде всего из бывших республик Средней Азии и Закавказья. В результате был запущен процесс диаспоризации России, по темпам которого наша страна, несомненно, занимает одно из первых мест в мире. Неудивительно поэтому, что диаспоральная тематика в наши дни приобретает все большую не только теоретическую, но и практическую значимость [3].

Если в международном дискурсе остро стоит вопрос понимания и определения феномена диаспоры, то в России, как преемнице Советского Союза важным остается проблема разграничения терминов «диаспора», «зарубежные соотечественники» и «Русский мир», особенно в контексте событий 1991 г. и всего постсоветского периода, когда речь идет о присутствии 25 млн русских на территории бывших советских республик, а ныне – стран в составе Содружества независимых государств (СНГ).

По мнению некоторых исследователей [5], в рамках российской истории, в том числе – истории российской государственности, сложно говорить о наличии российской диаспоры в ее классическом понимании (в значении рассеяния). И особенно неприменимым термин «диаспоры» будет в отношении русских и их потомков, проживающих в странах СНГ, которые до 1991 г. были единым целым с Россией. Поэтому здесь принято говорить скорее о «российских соотечественниках за рубежом», которые, по сути, представляют собой жителей исторической России, которые в одночасье потеряли свое Отечество и стали «разделенной нацией» [5]. 

И здесь же, в 1993–1997 гг. формулируется новое понятие – Русского мира – изначально на всем постсоветском пространстве, понятие, введенное П.Г. Щедровицким, которое впоследствии экстраполировалось на русских соотечественников, проживающих не только в СНГ, но и в других странах мира. Само словосочетание актуализировалось на рубеже тысячелетий, когда в качестве базовой формулы для осуществления российской политики в СНГ была высказана гипотеза о наличии на постсоветском пространстве общего социокультурного ядра.

Ключевой момент понимания сущности «Русского мира» и по сей день состоит в том, что в границах современной России и за ее пределами проживает одинаковое число русских людей, которые говорят и думают на русском языке. Такое положение вещей позволяет говорить о наличии потенциально объединенного (либо объединяемого) социума под названием «соотечественники» [5].

В рамках работы Лаборатории, дабы избежать по возможности путаницы в понятиях, мы будем говорить о 1) «российской диаспоре» – в отношении российских граждан- выходцев первой, второй и третьей эмиграционной волн и их потомков в страны Востока; 2) «российских соотечественниках» – в отношении россиян, исторически проживающих в странах СНГ со времен распада СССР; 3) «Русском мире», как культурной, этнической, национальной идее, объединяющей русских (по национальному признаку или их личной идентификации) во всех странах мира.

Кроме того, с целью расширить круг вопросов, исследуемых нашими коллегами в соответствии с тематикой Лаборатории, мы допускаем возможность освещать вопросы, связанные с жизнью в странах Востока (а также, в виде исключения – Латинской Америки) не только непосредственно представителей российской диаспоры/соотечественников/Русского мира, но и российских экспатов (работающих или же обучающихся) и сезонных туристов, которые выбирают теплые азиатские страны в качестве места временного/длительного проживания в холодное время года/на протяжении лет, не имея при этом гражданства, не планируя его получать и сохраняя ощущение себя исключительно русским.  

 

Использованная литература:

 

  1. Арутюнов С.А., Козлов С.Я. Диаспоры: Скрытая угроза или дополнительный ресурс / Независимая газета. 23.11.2005.
  2. Библиологический словарь: В 3 т. Мень А. М.: Фонд имени Александра Меня, 2002.
  3. Вишневский А.Г. Распад СССР: Этнические миграции и проблема диаспор. С. 114–115. URL: http://ons.gfns.net/2000/3/10.htm.
  4. Кондратьева Т.С. К вопросу о понятии «диаспора»: дискуссия в научном сообществе // Актуальные проблемы Европы. № 4. М.: Ин-т научной информации по общественным наукам РАН, 2009. С. 18. URL: https://cyberleninka.ru/article/n/k-voprosu-o-ponyatii-diaspora-diskussiya-v-nauchnom-soobschestve.
  5. Омарова З.М. К вопросу об определении понятия «соотечественники за рубежом»: опыт России // Демоскоп Weekly. № 329–330. 14–27 апреля 2008 г. Институт демографии Государственного университета – Высшей школы экономики. URL: http://www.demoscope.ru/weekly/2008/0329/analitphp.
  6. Попков В.Д. Некоторые основания для типологии диаспор. URL: http://lib.socio.msu.ru/l/library?e=d-000-00-%200kongress.
  7. Ручкин А.Б. Русская диаспора в США в первой половине XX века: Историография и вопросы теории. URL: http://www.mosgu.ru/nauchnaya/publications/SCIENTIFICARTICLES/2007/Ruchkin_AB.
  8. Шеффер Г. Диаспоры в мировой политике // Диаспоры. № 1. М.: ИВ РАН, 2003. С. 165.
  9. Социология: Энциклопедия / Сост. А.А. Грицанов, В.Л. Абушенко, Г.М. Евелькин, Г.Н. Соколова, О.В. Терещенко. Мн.: Книжный Дом, 2003.
  10. Электронная еврейская энциклопедия. URL: https://www.eleven.co.il/jewish-history/overview/11426/.